Мужик заходит в бар, заказывает виски:
– Сколько с меня?
– Три доллара.

Мужик вынимает из кармана три доллара. Один кладет на стойку перед собой, потом идет в левый конец стойки, там кладет второй, потом идет в правый конец стойки, там кладет третий. Бармен, тихо матерясь, идет направо-налево и забирает деньги.

На следущий день опять тот же мужик приходит, опять стаканчик виски заказывает и снова раскладывает доллары в разные концы стойки. Бармен злится, но за деньгами ходит.

Короче, такая картина повторяется день за днем.

И вот однажды мужик заказывает виски, берет стакан, роется в кармане и вытаскивает бумажку в 5 долларов. Бармен быстро эту бумажку берет, мстительно улыбается, достает два доллара сдачи, идет в левый конец стойки, там кладет один доллар, потом идет в правый конец и там кладет второй. Затем возвращается и злорадно смотрит на мужика.

Мужик флегматично выпивает виски, вытаскивает из кармана доллар, кладет его перед собой и говорит:
– Пожалуй, возьму еще стаканчик.

Попал мужик в больницу. Нянечка приносит обед – кусочек хлеба, четверть помидора, пол-яйца, ложку каши. Мужик злобно смотрит на этот обед, потом зовет няньку.
Та:
– Чего надо?
– Марка почтовая есть у вас?
– А марка зачем?
– После обеда привык почитать что-нибудь.

Медленный, чувственный танец.
Она (прижимаясь к партнеру, страстно):
– Я немного волнуюсь. Мне кажется, что мое декольте слишком глубоко. А вы как думаете?
Он (заглядывая в декольте, осторожно):
– Э-э-э, по правде сказать… да нет. А у вас что, волосы на груди?
Она (в кокетливом ужасе):
– Да что вы такое говорите? Конечно нет!
Он:
– Да, тогда, пожалуй, немножно глубоковато.

В юности у меня была одна странная подруга. Правда, странность ее проявлялось лишь в одном. Даже не знаю, как сказать… В общем, она очень любила комментировать моменты нашей близости. Причем, прямо в эти самые моменты. Все было бы ничего, но она употребляла интонации спортивного комментатора. Что интересно, и себя и меня именовала в третьем лице. Или литературными героями. Или вообще безлично. Часто качество комментариев приносилось в жертву количеству.

Тогда вовсю в ход шли штампы. Например:
– Два молодых тела сплелись в страстных объятиях.
Или:
– И вот измученный жаждой путник готов захлебнуться влагой волшебного колодца.

Надо сказать, что иногда путнику от делового тона таких комментариев становилось не по себе, и только моя щенячья неизбалованная энергия вкупе с редкой красотой подруги позволяла довести до конца историю с волшебным колодцем.

И вот однажды в самый разгар страстей я был назначен Аладдином, а сама она сказалась волшебной лампой, которую Аладдин должен был тереть до появления джинна. Все шло неплохо, и, судя по комментариям, джинн уже был совсем близко.

Во всяком случае, шел такой текст:
– Нелегко пришлось Аладдину. Но он почти уже у цели. Еще несколько взмахов, и магическая лампа взорвется и подарит Аладдину секрет блаженства…

В этот момент хилое фанерное дно старого топчана выскочило из пазов, и Аладдин вместе с лампой с треском провалились на пол. В полете я врезался носом в раму топчана, от боли в голове у меня все помутилось. В этот момент я услышал спокойный голос:
– Сезам открылся…
Я не верил своим ушам. Она продолжала:
– …но ключ, ключ из двери надо вынуть, а то очень больно…

Я не мог понять, о чем она говорит. Мне казалось, что ключ уже вылетел сам собой в процессе катастрофы. И только, когда я стал помогать ей подняться, я оценил всю самоотверженную силу женской фантазии. Оказывается, в момент обвала в изящный зад моей волшебной лампы воткнулся неизвестно откуда взявшийся шуруп.

Интересно, найдется ли хоть один мужчина в мире, который скажет что-нибудь подобно-романтичное, если ему в минуту любовной страсти всадить в задницу ржавый гвоздь?

Шофер КАМАЗа возвращается на свою базу, весь убитый. Заходит в диспетчерскую:
– Блядский “Запорожец”!
Другие шоферы его обступают, спрашивают, что случилось-то?
Он только:
– Ну, блядский “Запорожец”!
Чуть не плачет. Все:
– Ну ты объясни.
– Загрузился сегодня под завязку. А на подъеме крутом, ну никак мотор не тянет. Туда, сюда, ну никак. Полчаса мудохался. Вдруг останавливается рядом запор, вылезает какой-то хрен и говорит, давай, мол, подтяну. Я говорю, ты соображаешь, “Запорожцем” полный КАМАЗ, чудила? Он – нет, запросто вытяну. Я говорю, если ты КАМАЗ в гору с места сдвинешь, я у тебя отсосу.
– И что?
– Ну, блядский “Запорожец”!

Семейный обед. За столом отец, сыновья. Вдруг отец старшему:
– Ешь суп как следует! Что ты ковыряешься еле-еле, смотреть противно!
– А чего ты разорался?
– Я разорался? Ах ты козел!
И раз подзатыльник!

Другой сын вступает:
– Папа, ну если человек не хочет есть, что ты его заставляешь да еще бьешь? Ты же просто как тиран.
– Я тиран? Ах ты сволочь!
И ему раз-раз по ушам.

Тут младший кладет ложку и уши руками закрывает.
Отец:
– А ты чего закрылся? Ты кушаешь хорошо, вежливый, отцу не грубишь, чего тебе бояться?
– Да я знаю, что вежливый. Это я просто на всякий случай, ты ж такой мудак…

Один приятель говорит другому:
– Ах, черт, кошелек забыл, а мне десятки не хватает. Одолжишь?
– Ну, держи.
На следующий день.
– Я тебе десятку должен?
– Да.
– Опять я кошелек забыл. Одолжи еще 40, буду тебе ровно полста должен.
– Ну, хорошо.
На следующий день.
– Я тебе 50 рублей должен?
– Да.
– Опять я сегодня без кошелька. Давай, ты мне еще 150 займешь,
а я уж тебе 200 тогда отдам.
– Ну, ладно.
На следующий день.
– Я тебе 200 должен?
– Ну, конечно.
– Давай я уж у тебя для ровного счета еще 300 займу и потом сразу
полтыщи отдам.
– Ну что ж делать, давай.
На следующий день.
– Я тебе 500 должен?
– Нет!

Один приятель другому:
– Слушай, я просто вне себя. Ты знаешь, что моя жена учудила? Она, понимаешь, уже хочет любовь втроем!
– Ты не волнуйся. Ну и что ж, что любовь втроем? Ты рассуди спокойно. Может быть, это даже будет для тебя интересно. Любовь втроем, новые ощущения…
– Так меня даже в этих троих не включили!