Три часа ночи. Муж с женой спят. Вдруг звонок в дверь. Муж, матерясь, идет открывать. На пороге стоит мужик, очевидно поддатый:
– Друг, пойдем со мной, тут рядом, поможешь меня толкануть.
– Ты, мужик, охренел, что ли? Три часа ночи. Иди кого-нибудь другого проси.

Муж ложится опять в постель. Жена спрашивает, кто приходил.
– Да, какой-то козел застрял, просил его толкнуть. Я его послал.
– Ты просто зверюга какой-то. Помнишь, как у нас мотор заглох, да под дождем, и нас какой-то парень целый час толкал? Ты что, человека выручить не можешь?

Муж, опять матерясь, вылезает из постели, одевается. Выходит во двор в полной темноте. Кричит:
– Мужик! Ты где?

Из темноты:
– Здесь я! Иди сюда!
– Да где здесь?
– Ну здесь, на качелях!

Женщина жалуется подруге:
– Муж у меня совершенно невозможный. Он только про свою мамочку все время говорит. “А вот мама так не делает”. “А вот видела бы мама”. “А маме бы это не понравилось”. А я у него вообще на десятом месте.

– Надо, чтобы он обратил на тебя внимание как на женщину, тогда он про мать и помнить забудет. Он вечером придет, а ты его встреть в каком-нибудь сексуальном наряде.

Короче, приходит вечером муж – жена его встречает в черном лифчике, черных чулках, на руках – черные перчатки.
– Боже, ты вся в черном – что-нибудь с мамой?

– Скажи, дорогой, а что бы ты сказал, если бы узнал, что я спала с твоим самым близким другом?
– Ну, я бы сказал, что никогда не думал, что ты лесбиянка.

В общем, ситуация классическая. Жена в постели с утомленнымлюбовником, неожиданно врывается муж. Жена кричит любовнику:
– Дорогой! Докажи ему, что ты настоящий мужчина!

Любовник:
– КАК? И ЕМУ ТОЖЕ?

По радио сообщают – из тюрьмы бежал опасный преступник, приметы там, будьте осторожны.

На другой день сообщение – все в порядке, преступник утром добровольно вернулся в тюрьму.

Набежали журналисты, спрашивают, как же так, почему, мол, вы вернулись, лишили себя свободы?

Мужик:
– Я в гробу видал эту свободу! Под утро пробрался домой, а мне жена – ты где шлялся, кобель, по радио еще в шесть вечера сказали, что ты сбежал!

Авианосец возвращается в свой порт после длительного плавания. Накануне один моряк дает радиограмму жене: “Шесть месяцев без секса. В твоих интересах придти меня встречать прямо к трапу.”

Приходит ответ:
“Шесть месяцев без секса. В твоих интересах сойти с трапа первым”.

Жил в одной семье бульдог. Страшно храпел во сне. Приходит как-то к хозяйке соседка и говорит:
– Как ты можешь этот храп выносить?
– А что делать?
– Есть народное средство. Возьми какую-нибудь тесемку и завяжи ему, ну ты понимаешь где. Сразу перестанет.

Короче, взяла хозяйка старый дочкин бантик, завязала – прекратился храп.

Вечером приходит муж, просто в дупель. Плюхается в кровать, начинает храпеть. Жена и ему бантик – и все тихо.

Утром просыпается муж со страшного бодуна, идет пописать и видит завязанный красный бантик. Потом глядит – и у бульдога то же самое.

Садится на кровать, долго думает, потом говорит бульдогу:
– Точно я не помню, конечно, где мы с тобой вчера были, но, как видишь, первое место все-таки взяли.

В нас как–то с приятелем под пиво зашел разговор о раках и прочих креветках. И поведал мне этот вполне себе, как оказалось, гурман, что у них с женой есть любимый салат: рис, красная икра, креветки и нарезанное мелкими кубиками большое зеленое яблоко. Креветки (мелкие) предварительно отвариваются, и моему приятелю доверяется их очистить. На мое предположение, что в процессе чистки он каждую вторую отправляет в рот, приятель грустно ответил:

— Да нет… Она меня специально перед этим плотно кормит…

Вбегает муж домой и говорит жене:
– У нас через полчаса будут гости. Я начальника своего пригласил.

Жена:
– Ты что, с ума сошел? У нас же дома нечем угощать.
– Ну сообрази что-нибудь. Обязательно его надо принять, завтра будут решать, кому оклад прибавят.
– Ну у нас же нет ничего. Только суп для тебя да банка горошка.
– Так, слушай меня. Когда он придет, я скажу, что ты готовишь отбивные с горошком. Я его пока здесь домашней наливкой угощу. А потом ты на кухне разбей тарелку, запричитай, я тебя спрошу, в чем дело, ты крикнешь, мол, уронила отбивные в помойку. Подашь горошек, делать нечего.

Короче, договорились, приходит начальник. Муж его в комнате угощает наливкой,
потом кричит жене:
– Ну как там наши отбивные с горошком?

На кухне падают тарелки, грохот, причитания.
Муж:
– Ну что, криворукая? Неужто отбивные в помойку уронила?

Их кухни рыдания:
– Нет, горошек.