Короче, одному безработному актеру звонит друг и говорит:
– Слушай, тут халтурка подвернулась, я сразу о тебе подумал.
Актер:
– Конечно, какой разговор, – типа, по гроб жизни благодарен, совсем на мели. – А что за роль?
– Да понимаешь, не очень большая. Одна строчка.
– Одна строчка? Нет проблем, – типа, ну совсем бабок не осталось, ничем не брезгует. – А какая?
– “Чу! Я слышу пушек гром.”
– “Чу, я слышу пушек гром?” Годится! Куда идти?
– В среду подойдешь в Малый, спросишь режиссера такого-то.
– Заметано.

В среду актер подходит в Малый, находит режиссера, тот: скажите строчку, актер с пафосом произносит:
– Чу! Я слышу пушек гром!
– Отлично, – говорит режиссер. – Роль ваша. Приходите в субботу к 7 вечера на спектакль.
– Понял! – отвечает радостный актер.

Ясное дело, от такого удачного поврота судьбы актер запивает по-черному. Приходит в себя в субботу где-то в 6:30 и сломя голову бросается в театр, всю дорогу повторяя “Чу! Я слышу пушек гром”. У театра его останавливает швейцар: ты, мол, куда без билета?
– Я “Чу! Я слышу пушек гром”, – объясняет актер.
– А! Ты “Чу! Я слышу пушек гром”, – успокаивается швейцар, – ну проходи.

Актер – за кулисы. Его, ясное дело, не пускают.
– Я “Чу! Я слышу пушек гром!”, – кричит актер.
– Ты “Чу! Я слышу пушек гром”? Опаздываешь! Давай срочно в гримерную! – кричат ему в ответ.

Он – в гримерную. Гримерша:
– Товарищ, вы кто?
– Я “Чу! Я слышу пушек гром.”
– Вы “Чу! Я слышу пушек гром”? Что же вы опаздываете?! Садитесь вот тут, сейчас я вас быстренько.
Актер, уже в гриме и в мыле, подбегает к сцене. Его перехватывет режиссер.
– Ты “Чу! Я слышу пушек гром”?
– Я “Чу! Я слышу пушек гром”!
– Чуть не опоздал! Давай, твой выход!

Актер выходит на сцену, и за спиной у него раздается оглушительный взрыв. Актер вздрагивает и орет:
– ДА ВЫ ЧТО ТАМ, СОВСЕМ ОХУЕЛИ??!!!

Вы никогда не наблюдали за людьми, у которых начисто отсутствует чувство юмора? Я всегда испытывал к ним нездоровый интерес, более того – коллекционировал.
Одним из выдающихся “экземпляров” моей коллекции была Сарра, администратор нашего Театра кукол. Милая, добрая, славная женщина, но шуток не понимала решительно. Все мы ее, конечно, разыгрывали, а я – больше других.
Она, правда, не обижалась, а только обещала: “Зяма, тебе это боком выйдет!”
И вышло…

Как-то Театр кукол гастролировал в небольшом российском городке. Шло расселение артистов.
Я быстро обустроился в своем номере, соскучился в одиночестве и отправился в фойе на поиски приключений. Спускаюсь по лестнице и вижу: стоит наша пышная Сарра, засунув голову в окошко администратора, и ведет напряженную беседу.
Понимаю, что вопросы обсуждаются важности чрезвычайной: кого из актеров перевести с теневой стороны на солнечную и наоборот; кого переместить из двухместного номера в трехместный, а кому “по штату” полагаются отдельные хоромы…
Вид сзади открывается просто роскошный.
Идея у меня еще не созрела, но импульс уже появился – и я несусь по ступенькам вниз.
А когда достигаю цели (Сарры), материализуется и идея.
Я хватаю нашего администратора за самое выдающееся место, мну его все и при этом еще и трясу… Класс?
Сарра в негодовании оборачивается и… оказывается не Саррой!
Мог ли я вообразить, что есть на свете еще одна женщина с формами подобного масштаба?! Я лихорадочно соображаю, что идеальный выход из ситуации, в которой я оказался, – умереть на месте.
И действительно, со мной начинает происходить нечто подобное: сердце замирает, кровь перестает течь по жилам; я с головы до ног покрываюсь липким холодным потом…
Тут добрая незнакомка начинает меня реанимировать.
Она хватает меня за шиворот, не давая грохнуться на пол; бьет по щекам ладонью и приговаривает:
“Ну-ну, бывает, не умирайте..
Ну, пусечка, живите, я вас прошу!
С кем не случается – ошиблись жопой!”
Я выжил…
Оказалось, она – доктор химических наук, профессор; большая умница. Мы с ней продружили все две недели, на которые нас свела в этой гостинице моя проклятая страсть к розыгрышам…